Календарь событий

Август
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3

Цветочный магазин Парадиз

Цветочный магазин «Парадиз» — это не просто место, где продаются подарки и сувениры, товары для украшения дома или дачного участка,  а также цветы во всевозможном оформлении, но счастье, удовольствие, комфорт, наслаждение — тех, кто их покупает, и тех, кому их дарят.

Кинофестиваль «Балтийские дебюты». Михаил Сегал: «Режиссеру очень вредно снимать плохие фильмы»

c_120_90_16777215_00_images_uploads_glavnaya_nov-k-i-obl_kinofestival-baltiyskie-debiuti-mihail-segal.jpg
Подошел к концу фестиваль «Балтийские дебюты-2013», в рамках которого жюри оценивало работы молодых режиссеров стран Балтии и Северной Европы. С одним из судей, Михаилом Сегалом - режиссером, сценаристом, писателем, клипмейкером и просто умным, талантливым человеком, побеседовала корреспондент портала «Выходной».
Михаил, расскажите, пожалуйста, с чего все началось, когда и как вы поняли, что можете делать что-то интересное?

Все началось еще в школьные годы, лет в 14, когда я увлекся кино. Тогда еще никаких видеокамер не существовало, можно было найти с трудом, через каких-то знакомых, 8- или 16-миллиметровые кинокамеры, на которые в 60-70 годы снимали любительскую хронику. Я узнал, у кого они есть, в каких магазинах продается пленка, написал маленький сценарий (исходя из тех своих представлений о том, как это делается) и стал что-то снимать. Пошел в театральную студию, стал заниматься всякими постановками. Смассовал товарищей поучаствовать в пародии на немое кино - достали в костюмерной дворца пионеров костюмы и изображали что-то смешное, было весело. Дальше больше.
Не думал, что надо вырасти, потом куда-то поступить, и тогда получится. Если мне что-то было интересно, я это делал - в любой момент жизни, с теми возможностями, которые на тот момент существовали. Просто менялся профессиональный уровень.

Родители вам помогали как-то?

Нет, а чем тут можно помочь? Если ребенку что-то интересно, например, играть в футбол - он выбегает во двор и играет. Я сам пошел во дворец пионеров, нашел театральную студию, поговорил с руководителем, стал ходить на занятия, родители сказали: «Молодец, ходи». В семье царила теплая атмосфера, было много любви и заботы, но на моей деятельности это не отразилось. В реализации творческих планов вряд ли кто может помочь.

В 1995 году вы поступили во ВГИК на режиссерский факультет, но через год оставили его и стали снимать клипы — почему?

Это не было связано с творчеством, просто так сложилось. Но за этот год я смог познакомился со студентами, художниками, операторами, артистами. И дальше, когда я стал пробовать снимать клипы, что в то время тоже было непросто — это закрытая область деятельности, мне в какой-то момент повезло. Я снял один клип, показал его музыкантам, потом другой, и пошло. Несколько лет овладевал навыками съемки.

Как появились в вашей жизни Лолита, Кобзон, Би-2, Сплин и другие артисты и группы?

Это все цепная реакция — с первыми клипами ты пробиваешься сам, а потом, если твои работы интересные, одни артисты начинают тебя рекомендовать другим. И поэтому (если не говорить о раннем периоде) меня приглашали — я не занимался поиском.

Как вы считаете, что помогло вам стать успешным?

Понятие «успех» очень субъективно, под ним можно понимать разные вещи.

А если говорить о самореализации?

Я не могу найти каких-то конкретных отправных точек. Просто живешь и каждый день стараешься придумывать что-то интересное. Какая-то работа - может, даже очень хорошая - не попадет в струю, останется неизвестной или не совсем востребованной, а какая-то выстрелит, и о тебе напишут и заговорят. Мой первый из известных клипов, который я снял еще будучи студентом ВГИКа для группы Сергея Галанина «Серьга» на песню «Дорога в ночь», стали часто показывать по телевизору — тогда это была очень яркая, заметная вещь. Потом на много лет интерес пропал. А в 2002 году я снял несколько клипов для группы «Сплин» и клип группе «БИ-2» на песню «Мой рок-н-ролл». Последний стали крутить, и с песней повезло — эта работа прозвучала, и после пошла новая волна востребованности. Почему та или иная работа попадает в струю и дальше сама себя проталкивает — вычислить невозможно. Как говорил Вуди Аллен, «я просто снимаю фильмы, и какие-то из них могут оказаться хорошими». Какой смысл об этом думать, если невозможно на это влиять?

Ваши клипы символичны, многие построены на аллюзиях, отсылающих зрителя в иные смысловые плоскости, песни в них воспринимаются совсем иначе. В связи с этим возникают вопросы:
- что интереснее снимать — фильм или ролик? Понятно, что полнометражный фильм дает возможность развернуться, раскрыть в полной мере авторский замысел и т.д., но клип позволяет вложить в малую форму многое — это своеобразная игра ума;
- некоторые ваши работы интереснее песен, на которые они были сняты. Есть вероятность, что на концерте, без видеоряда, песня будет звучать совсем по-другому. Понимают ли это артисты, с которыми вы работаете?

Этот вопрос был актуален 7-10 лет назад, когда я активно снимал клипы. В данный же момент, поскольку я занимаюсь этим очень редко, где-то раз в год, могу только вспоминать. Сегодня интереснее снимать кино, но это не помешало мне сделать клип в прошлом году, и сейчас я обсуждаю еще один с группой, песня которой мне понравилась. Это совершенно разные вещи, их можно совмещать.
А по поводу того, что некоторые мои клипы интереснее песен — даже если это и так - клип становится популярным, это нравится артистам. Они же не думают - «какая у нас ужасная песня», просто рады в целом успеху, ведь неважно, за счет чего он достигается.
Иногда, если песня хорошая, можно создать какой-то дополнительный пласт, вложить в клип больший, чем имеется в песне, смысл. Или изменить угол зрения. А когда песня очень плохая или кромешно попсовая, пытаться ее облагородить, сделать что-то умное, тонкое, интеллигентное нельзя, форма не будет подходить содержанию. Если тебе, к примеру, дают какой-то ужасный шансон и ты думаешь «сниму-ка я для нее то же, что для группы «БИ-2», у тебя, во-первых, ничего не получится, во-вторых, сделаешь хуже музыканту — на кабацкую музыку надо снимать адекватные ей клипы. Необходимо, чтобы ролик был в гармонии с материалом. От плохой песни лучше отказаться, но если уж за нее взялся, не нужно пытаться воевать в белых перчатках.

Вы какое-то время работали в рекламе. Коммерческие и музыкальные ролики — вещи разные, почему такой выбор?

Реклама — источник доходов.

Но музыкальные ролики тоже приносят деньги?

Меньше. И потом — в то время реклама была чем-то новым, интересным с профессиональной точки зрения, она давала средства к существованию и позволяла сделать что-то любопытное в малой рекламной форме.
Кстати, многие режиссеры, которые хотят делать умное авторское кино, не приносящее денег, думают — вот, мол, сниму сейчас какой-нибудь дурацкий сериал на 20 серий, заработаю, а в следующем году буду отдыхать, писать сценарий и затем снимать настоящее кино. А я вместо этого снимал рекламу — это занимает меньше времени и приносит доход. Делая рекламные ролики, ты понимаешь, что это абсолютно коммерческий жанр, принимаешь условия игры, работаешь максимально профессионально и свои режиссерские мозги, свой вкус этим не портишь. А сериал — это уже кино, там актеры играют, там история. Режиссеру очень вредно снимать плохие фильмы - теряется чутье, перестаешь различать правду или ложь внутри эпизода, чувствовать игру актеров. И поэтому когда несколько месяцев работаешь над компромиссным для себя сериальчиком, то, сам того не замечая, деградируешь, и потом уже свое замечательное кино можешь и не снять.
Хотя, конечно, для режиссера съемка рекламы это испытание амбиций — в киношном мире ты царь и Бог, а здесь — нанятое лицо, тебе могут указывать. Впрочем, в так называемом продюсерском кино режиссер тоже нанятое лицо, а решает все продюсер.
Все зависит от того, в какие сани ты впрягаешься - выбираешь денежный проект, над которым работаешь, получаешь за это деньги, но при этом твои идеи могут резаться, или предпочитаешь путь победнее, но зато делаешь все так, как тебе нравится.

А что ближе вам?

Я всю жизнь пытаюсь найти баланс - много зарабатывать и сам всем указывать. Думаю, любой режиссер хочет совместить и заработок, и творческую работу. Но и самые крутые голливудские режиссеры, снимавшие очень известные кассовые фильмы, когда пытаются реализовать авторский проект, не рассчитанный на широкую публику, так же сталкиваются с трудностями, годами ищут финансирование.

Возможен ли симбиоз авторского и продюсерского кино?

Конечно. Есть много кассовых фильмов, интересных с творческой точки зрения. Например, «Аватар» - абсолютно продюсерское кино, но при этом произведение новое, необычное. Понятно, что оно комиксовое, детское, но это очень хорошая авторская работа.

Расскажите, пожалуйста, о создании фильма «Рассказы» - я знаю, что сначала вы выпустили короткометражный фильм «Мир крепежа», который завоевал Гран-при на «Кинотавре», а затем он вошел в полнометражный фильм «Рассказы». Можно ли сказать, что «Рассказы» стали продолжением «Мира крепежа»?

Продюсеры, которые помогли мне сделать «Мир крепежа», увидели, что фильм имеет успех, и предложили его доснять — сделать полноформатное кино с новелльной структурой, из нескольких историй. Это было, скажем так, техническое предложение. Я подумал, что можно сделать с уже готовым материалом, чтобы он гармонично вписался, придумал, как соединить его с написанными историями, в какой последовательности их расставить, продумал, о чем будет этот новый полнометражный фильм. Были досняты еще три части. Это был импровизационный проект - с одной стороны, продюсерская идея, с другой — авторская работа.

Что такое, по вашему мнению, хорошее кино?

Это кино, которое волнует и которого я не видел до этого, что-то новое. Когда режиссер — индивидуальность, у него получаются нестандартные работы, с особой атмосферой. История может быть очень простой, не обязательно ставить все с ног на голову, но это единичный экземпляр, не штамповка.

Как вы считаете, в чем ваша «фишка»?

Не знаю. И боюсь это понять. Мне кажется, любой художник заканчивается в тот момент, когда понимает в чем его «фишка». Пока этого нет, у него есть шанс сделать что-то новое и интересное. Поэтому я не хочу знать.

Как вы думаете, нужны ли фестивали, подобные «Балтийским дебютам», есть ли от них какая-то польза? Мы говорим о мероприятиях, которые позволяют показать работы молодых режиссеров, продвинуть их каким-то образом.

Очень сложно говорить о большой пользе для всех. Есть фестивали, например, в Каннах или Берлине, которые приносят пользу и режиссерам, и зрителям, и журналистам, и кинобизнесу. На них существуют кинорынки, там встречаются кинопрокатчики, смотрят фильмы, что-то из них выбирают и покупают. Это ощутимая польза для фильмов — если они пользуются успехом, их могут купить, будут показывать.
Огромное количество российских фестивалей живет совершенно по другому принципу. В России (исключая попытку сделать это на Кинотавре) нет кинорынка. На большинстве фестивалей, и кстати здесь, в Светлогорске, нет журналистов, влияющих на киноиндустрию. Поэтому когда мы говорим о кинофестивалях, надо понимать, что они бывают разные.
Как проходит большинство кинофестивалей в России: есть небольшие города, в них показывают в основном российское кино, и, чтобы привлечь зрителей, туда ездит приблизительно одна и та же команда актеров — звезды советского кино. Это тот товар, который можно продать.
В России фестивали имеют не такое значение, как во всем мире - это не точки бурления киношной жизни, где вырастают новые звезды кино, новые режиссеры, которые потом становятся известными во всем мире, и их кино берут в дистрибуцию. Там фестивали — трамплины в киноиндустрию, а в России они носят характер демонстрации звезд кино. Артистов иногда рады видеть больше, чем фильмы, на творческие встречи иной раз собирается больше людей, чем на кинопрограммы. Есть ли в этом польза? Для киноиндустрии в этом пользы нет. Людям радость есть, значит, и польза есть.

А для режиссеров, чьи фильмы показывают? Это же способствует их узнаваемости.

Это способствовало бы, если бы потом фильмы шли в кинотеатрах. Например, фильм везут на какой-нибудь фестиваль, туда же едут журналисты, все говорят - «какой гениальный фильм, ура!», о нем узнают люди в других городах, и когда начинается прокат, в кинотеатры приходит больше зрителей. Польза есть. А если ты покажешь фильм один раз в каком-нибудь городе, все скажут «ура!», всем все очень понравится, но в прокат ленту не возьмут, или она будет на ограниченном количестве копий, которое ничего не дает, то пользы не будет.
Я слышал, во Франции фильм не запускается в производство, если у него нет прокатчика. А у нас ты снял, продюсер потратил деньги — так, на удачу, а потом ходит по дистрибьюторам — может возьмут. А если возьмут, сколько копий будет - 500 или 10? Производство кино — это такая гусарская рулетка. Ситуация сложная, если бы была правильная система кинопроизводства, кинорекламы и кинопроката, и туда же, как ее часть, были встроены кинофестивали, тогда все складывалось бы иначе. А так фестивали сами по себе - как глоток воды для тех людей, которые попали на конкретный показ. И все равно это польза.

Какова история ваших «Рассказов»? Они вышли в прокат?

Прокат был осенью 2012 года, я им не доволен — могло быть и лучше. Но могло быть и хуже. Поэтому я стараюсь относиться к этому философски. И рад, что нахожусь здесь, в Светлогорске, и что сколько-то людей придет на мой фильм и посмотрит его. Это приятно.

Виктория Берг